systemity

Героиновый берег. Очерки политической экономики Восточной Африки I

The heroin coast. A political economy along the eastern African seaboard
Simone Haysom, Peter Gastrow and Mark Shaw

В последние годы объемы героина, перевозимого из Афганистана по сети морских маршрутов в Восточную и Южную Африку резко возрос. Большая часть героина предназначена для рынков Запада, но часть оседает для местного потребления. В результате сформировался интегрированный криминальный рынок. Африка сегодня переживает самый стремительный рост в потреблении героина. Широкий спектр криминальных структур и политических элит в Восточной Африке глубоко замешан в этой торговле. Большая часть героина, предназначенного для африканского потребления идет в ЮАР. Торговля опирается на политическую протекцию в ряде африканских государств, и является ярко выраженной политической проблемой в Кении, Танзании, Мозамбике и ЮАР.

Начиная с 2010 года вдоль восточного побережья Африки перехватываются дау с грузами от 100 до 1000 кг героина. Речь идет о традиционных судах, используемых в странах Персидского залива, длиной от 15 до 23 метров. Они достаточно малы для того, чтобы ускользнуть от спутников и патрульных судов, и достаточно велики для перевозок существенного объема наркотиков. Кроме того, у наркоторговцев есть хорошие контакты с администрацией ряда глубоководных портов, куда наркотики поставляются контейнерами. Героин или перевозят в секретных отделениях стандартных контейнеров, или декларируют в качестве легитимных товаров, или смешивают с ними. Существует информацию о том, что в ряде случаев криминальным бандам удается саботировать сканирующее оборудование в портах.

Продажа героина в Европе гораздо более выгодна, чем в Африке. В Кении грамм героина стоит 20 долларов, в Британии – 60 долларов и в Дании – 21.

Первыми наркоторговцами в Мозамбике и Кении стали представители азиатских и восточно-африканских общин, которые в начале 90-х установили связи с производителями в Пакистане и посредниками в Европе. В Танзании сходный процесс происходил благодаря распространению влиянию торговцев из Занзибара на континент.

Путешествие героина в Европу через Африку начинается в Афганистане, где фермеры выращивают мак на сотнях тысяч гектаров. Опиумная паста затем доставляется в Пакистан, где она перерабатывается в героин. Представители африканских наркотических сетей постоянно проживают в в провинции Хайбер Пахтунхва в Пакистане, и участвуют в переброске транспортов с героином к побережью Белуджистана. Оттуда героин на скоростных катерах доставляется на дау, которые затем идут в Иран (чтобы взять там запас горючего, поскольку оно там дешевле из-за правительственных субсидий). После этого героин отправляется к побережью восточной Африки.

Сомали.м

Самые северные места высадки разбросаны вдоль побережья Сомали (3700 километров). Для выгрузки героина используются гавани и пляжи в Рас Афун, Эйль, Оббия, эль-Маан, Брава, Босасо, Кисмайо, мыс Гардафуи и Барава. Кисмайо – главный пункт консолидации и последующей отправки героиновых грузов – по дорогам и на кораблях в Кению. Зачастую героин везут с прочей, не наркотической контрабандой. В настоящий момент этот черный рынок – торговля героином, сахаром, углем, поддельными электронными товарами и оружием контролируется вооруженными силами Кении и их сомалийскими союзниками, которые занимаются сборов налогов с контрабандистов за незаконный переход границы.

Кения.

Кения, магнит экономического влияния в регионе также является центром очень динамичной матрицы криминальной активности. Масштабы криминальной активности частично являются результатом ее стремительного экономического роста. Нелегальной активности способствует относительно развитая транспортная и финансовая инфраструктура страны, а также ее непосредственная близость к криминальным экономикам в конфликтных зонах Африканского Рога и центральной Африки.

Маршруты нелегальной торговли пересекают Кению в нескольких направлениях. Кроме коридора из Сомали в северную Кению, через центральную часть страны идет мощный поток разнообразных контрабандных товаров. Через коридор с востока на запад внутрь континента провозят электронику, сахар, транспортные средства и иногда оружие. Героин, кроме этих маршрутов, транспортируется через Бусия и Малаба в Уганду. К югу, героин транспортируется через границу Танзании, в особенности, в районе национального Парка Тсаво.

Техника контрабанды через Кению иллюстрируется историей Рональда Катенда, выпускника экономического факультета университета Макерере в Кампале. Сначала он начал работать в качестве курьера для пакистанского “бизнесмена”, чьим прикрытием была фирма по торговле облицовочной плиткой в Момбасе. Задача Катенда была проста – перегонять грузовик с кафелем, и иногда с мешками с цементом из Момбасы через Бусия в Уганду. В мешках с цементом и ящиках с кафелем прятали героин.

Катанда приезжал в Банда, пригород Кампалы, где его уже поджидали люди на машинах. Они растаскивали мешки и ящики с героином. Катанде платили по возвращении в Момбасу – по три тысячи долларов за каждый перегон. Он делал три-четыре рейса в месяц, каждый раз в грузовике было 40-50 ящиков с героином. Затем, в 2015, его машину хорошенько обыскали на границе, в городе Бусия. Среди плитки были обнаружены 46 ящиков с героином и кокаином. Катанду и груз арестовали. Пакистанский босс не отвечал на звонки Катанды. Но чрез неделю на полицейскую станцию явился его представитель, провел “переговоры”, и Катанду с товаром освободили – за 75 миллионов угандийских шиллингов (22 тысячи долларов). Деньги были переданы наличными двум полицейским и офицеру службы иммиграции.

Через несколько недель маршрут Катанды был изменен – теперь он возил наркотики в Танзанию, и ему платили больше – 4500 долларов за рейс. Катанда сам подсел на наркотики, разругался со своим работодателем, который якобы пытался его убить, и вылетел из бизнеса.

В Кении – два главных центра наркоторговли. Первый – порт Момбаса, самый большой и бойкий во всей восточной Африке. Через него идет поток товаров, поставляемых 200 миллионов человек – в Кении, Уганде, Бурунди, Южном Судане. В 2015 через Момбасу перевезли один миллион контейнеров. Возможности проверок грузов в порту ограничены, а коррупция цветет пышным цветом. В порту – только один сканер, с помощью которого можно проверить лишь долю процента грузов идущих через порт, несмотря на то, что власти утверждают, что проверяются “сто процентов” грузов.

Неудивительно, что в таких условиях Момбаса – дом родной для нескольких очень знаменитых африканских гангстеров, и крупный узел в сети героиновой и кокаиновой торговли. Нет никаких данных о том, сколько героина прибывает в Момбасу в контейнерах, но перехваты дау свидетельствуют, что речь идет о серьезных объемах, которые переупаковываются в Момбаса и Найроби и отправляются дальше.

К югу и северу от Момбасы также есть несколько небольших гаваней для приема грузов наркотиков, включая “неофициальный “ порт в Ламу – небольшом городе, который является крупным центром наркоторговли. Существует еще ряд неофициальных портов – Килифи, Маллинди, Старый Порт Момбасы, Ванга и Шимони. Несмотря на то, что в этих портах теоретически назначаются офицеры таможни, Управление Судоходства Кении признает: “Эти порты не являются субъектами международных конвенций, и многие нелицинзированные корабли пристают здесь без того, чтобы пройти необходимую проверку”. Кроме того, существуют частные пирсы, в особенности в Малинди, для обслуживания владельцев земли в прибрежной полосе. Также существуют небольшие взлетно-посадочные полосы в Киджипва, Укунда, Лунга Лунга, Вои и Ламу, которые также используются в прибрежной наркотической контрабанде. Кроме того, следует учитывать, что в Кении не существует такого института, как береговая охрана, и побережье длиной в 1420 километров не охраняется.

Важнейшую роль в наркоторгвле, кроме Момбасы играет Найроби – центр политической власти, в котором гангстеры ищут и находят политическую поддержку. В Найроби также расположен крупнейший внутренний терминал, который связывает несколько региональных транспортных и железнодорожных систем.