Я не заплакал

[systemity]

Мой бакинский товарищ рассказывал, как к ним в класс пришёл новый учитель химии, пожилой дяденька с очень добым лицом. Учитель рассказывал много о химии, о применении в народном хозяйстве, потом перешёл к рассказу о биографиях великих химиков и так увлёкся, что вздрогнул от неожиданности, когда прозвенел звонок. Поскольку школьникам было очень интересно слушать нового учителя, все остались сидеть на месте. Учитель на некоторое время замер с тревожным выражением на лице, а потом срывающимся голосом тихо как бы про себя произнёс: "Про всех великих химиков мы поговорили, а про Дмитрия Ивановича Менделеева сказать забыли!" и горько заплакал навзрыд. Он видимо оставил Менделеева на закуску, но не рассчитал время.

Поскольку делать мне нечего, книжку о происхождении жизнии пишу я с большой неохотой, поскольку не уверен, что родился в правильное время, а не на 50 лет раньше, чем нужно. Поэтому всё свободное от несвободы время я слушаю музыку и танцую, сидя в кресле. Песни ингушские, азербайджанские, грузинские, еврейские, чеченские, итальянские, мексиканские, курдские, русские, венгерские, чешские и многих других народов я слушал, а про румынские забыл и никогда их не слышал. Случайно набрёл на румынских исполнителей и вспомнил про химика и Дмитрия Ивановича Менделеева, но не заплакал: звонок мой ещё не прозвенел. И прозвенит, как мне кажется, нескоро.  

Comments

[stillwhatever.livejournal.com]

Не прозвенит, пока вы не расскажете все.

[systemity.livejournal.com]

Если так, то мне придётся готовиться к 140-летнему юбилею, поскольку говорить я могу ещё лет 70 подряд с небольшими перерывами на сон, поездку по магазинам и приготовление обедов. Сейчас, например, я сижу в раздумьи. Мне почему-то захотелось осчастливить человечество и детально описать, почему война в Ираке не могла кончиться чем-то положительным, но уже 12 ночи и по идее нужно идти спать. Но зуд резонёрства сильнее иных физиологических потребностей, и я, вероятнее всего, сяду писать. А Вы, Ровшан, говорите "пока вы не расскажете все". Если бы я мог рассказать всё, то немедленно пешком отправился бы в крематорий