Глобальный имитационизм. Часть II
Apr. 15th, 2013 07:44 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
systemityПредыдущую часть статьи я окончил словами: "Однако, тенденции имитационной активности в науке проистекают не только и даже не столько от проблем, связанных с самим процессом познания. Можно показать и, по-видимому, доказать, что некоторые аспекты сопровождения цивилизационного прогресса со всей неизбежностью стимулируют внедрение различного рода имитаций в нашу жизнь, включая, конечно, и науку."
Начну с простых примеров. Говорят, что мясо горных козлов вкусное. По-видимому, это было известно нашим предками тысячи лет тому назад. Но охота на горного козла для наших предков представляла собой неразрешимую задачу. Догнать на горных кручах на высоте свыше 5 километров козла невозможно, убить камнем - тоже. Убив козла, подобрав тушу и вынеся её на равнину, человек демонстрировал то, что не могли бы совершить тысячи, если не миллионы его сородичей.
Года два, по-моему, тому назад пьяные двуногие городские козлы с красными книжечками самым тривиальным образом расстреляли в Сибири из вертолёта с помощью современного оружия горных козлов из Красной Книги. Правда, вертолёт не выдержал позора и разбился о скалу, но это уже другая история. Смысл же сказанного понятен: цивилизационный прогресс (автоматическое оружие, вертолёт, оптические прицелы, бинокли, красные книжечки...) неизменно и планомерно придаёт новые возможности и новые способности людям, не разбираясь в том, заслужили ли эти люди таких подарков.
Упомянутые выше блатные охотники имитировали поведение охотников. Сегодня, когда в магазине можно приобрести всё для того, чтобы не испытывать чувство голода, охота превращается в довольно странный способ получения удовлетворения от убийства живых существ. Но невозможно отрицать тот факт, что охотник - это человек, обладающий многими необычными качествами и навыками. Расстрел же горных козлов с вертолёта с помощью снайперских винтовок является ничем иным, как имитацией охоты.
Всё, что делается нового в этом мире, включая все ипостаси научно-технологического прогресса, осуществляется не с помощью чтения священных книг и дружного топанье под звуки революционных гимнов. Любой даже самый незначительный шаг в усовершенствовании и облегчении человеческого существования осуществляется в результате формирования неравенства. Именно неравенство людей по их талантам и возможностям, включая неравенство банковских счетов, поставляет ту самую разность потенциалов, только благодаря которой протекают все процессы в природе и обществе: движение ветра, течение рек, вращение турбин, представления в Большом и в самых небольших театрах, работа музеев, строительство дамб и плотин, конструирование небоскрёбов и т.д. и т.п. Цивилизационный же прогресс планомерно уравнивает немощных физически и интеллектуально с мощными физически и интеллектуально.
Это планомерное уравнивание приводит в умиления тупых рыцарей социалистического образа, но те, которым есть чем думать, могут придти к страшному выводу: в туманном будущем человечество ожидает весьма туманное будущее. Не все имитации смертельны. В СССР, например, продавали имитацию пищевого жира под названием "маргуселин". И ничего: люди ели и размножались. Но ведь страшно то, что описываемую мною тенденцию невозможно однозначно анализировать. Здесь возможны самые непредсказуемые исходы, которые почему-то проходят мимо внимания футурологов. Не знаю, может быть я невнимательно читаю научную литературу, но я не встречал работ, где бы рассматривались пути, по которым человечество неизбежно будет деградировать, благодаря тому, что цивилизационный прогресс активно уравнивает дураков с умными, неспособных со способными и, что самое страшное, реальных уголовников с реальными святыми.
Сегодня можно грамотно писать, не зная грамматики, водить автомобиль, не имея представления о том, как работает двигатель внутреннего сгорания, быть эрудитом, страдая деменцией и т.п. Но во всех подобных имитациях необходимо вычленять один важный фактор: степень опасности имитирующего тот или иной вид деятельности для окружающих его людей. Взять, например, проблему сектанства. Опасность сект в России во многом раздувается православными иерархами, поскольку сектанты отнимают у них хлеб их насущный. Если речь идёт только о формуле "вас тут не стояло!", то это никого не должно волновать.
Но дело в том, что в борьбе за человеческие души руководители сект проявляют невероятную находчивость и реальные способности влиять на психику своей паствы. Если многие православные духовники долдонят заученные формулы и не особенно волнуются за своё будущее, стоя на конвейере церковной службы, то сектантам наподобии бога Кузи приходится вертеться, и имитационные манёвры им соврешенно не подходят. Они вертятся не только потому, что обладают рядом необычных человеческих качеств - жаждой власти, манией величия и другими формами психопатологий, часто отклонениями от сексуальной нормы. В этом примере с руководителями сект я хочу обратить внимание на то, что они не принимают имитацию как форму жизненной активности, и в этом в огромной степени им способствуют имитанты религиозности.
Вера является иррациональным проявлением психической деятельности, в большой степени основанным на эмоциональности верующего. Рациональность в поведении священнослужителя, как правило, отталкивает верующего. В отличие от верующего научный работник по идее должен оперировать сугубо рациональными логическими категориями и иррациональность должна его отталкивать, но это не так.
(Продолжение следует)
Начну с простых примеров. Говорят, что мясо горных козлов вкусное. По-видимому, это было известно нашим предками тысячи лет тому назад. Но охота на горного козла для наших предков представляла собой неразрешимую задачу. Догнать на горных кручах на высоте свыше 5 километров козла невозможно, убить камнем - тоже. Убив козла, подобрав тушу и вынеся её на равнину, человек демонстрировал то, что не могли бы совершить тысячи, если не миллионы его сородичей.
Года два, по-моему, тому назад пьяные двуногие городские козлы с красными книжечками самым тривиальным образом расстреляли в Сибири из вертолёта с помощью современного оружия горных козлов из Красной Книги. Правда, вертолёт не выдержал позора и разбился о скалу, но это уже другая история. Смысл же сказанного понятен: цивилизационный прогресс (автоматическое оружие, вертолёт, оптические прицелы, бинокли, красные книжечки...) неизменно и планомерно придаёт новые возможности и новые способности людям, не разбираясь в том, заслужили ли эти люди таких подарков.
Упомянутые выше блатные охотники имитировали поведение охотников. Сегодня, когда в магазине можно приобрести всё для того, чтобы не испытывать чувство голода, охота превращается в довольно странный способ получения удовлетворения от убийства живых существ. Но невозможно отрицать тот факт, что охотник - это человек, обладающий многими необычными качествами и навыками. Расстрел же горных козлов с вертолёта с помощью снайперских винтовок является ничем иным, как имитацией охоты.
Всё, что делается нового в этом мире, включая все ипостаси научно-технологического прогресса, осуществляется не с помощью чтения священных книг и дружного топанье под звуки революционных гимнов. Любой даже самый незначительный шаг в усовершенствовании и облегчении человеческого существования осуществляется в результате формирования неравенства. Именно неравенство людей по их талантам и возможностям, включая неравенство банковских счетов, поставляет ту самую разность потенциалов, только благодаря которой протекают все процессы в природе и обществе: движение ветра, течение рек, вращение турбин, представления в Большом и в самых небольших театрах, работа музеев, строительство дамб и плотин, конструирование небоскрёбов и т.д. и т.п. Цивилизационный же прогресс планомерно уравнивает немощных физически и интеллектуально с мощными физически и интеллектуально.
Это планомерное уравнивание приводит в умиления тупых рыцарей социалистического образа, но те, которым есть чем думать, могут придти к страшному выводу: в туманном будущем человечество ожидает весьма туманное будущее. Не все имитации смертельны. В СССР, например, продавали имитацию пищевого жира под названием "маргуселин". И ничего: люди ели и размножались. Но ведь страшно то, что описываемую мною тенденцию невозможно однозначно анализировать. Здесь возможны самые непредсказуемые исходы, которые почему-то проходят мимо внимания футурологов. Не знаю, может быть я невнимательно читаю научную литературу, но я не встречал работ, где бы рассматривались пути, по которым человечество неизбежно будет деградировать, благодаря тому, что цивилизационный прогресс активно уравнивает дураков с умными, неспособных со способными и, что самое страшное, реальных уголовников с реальными святыми.
Сегодня можно грамотно писать, не зная грамматики, водить автомобиль, не имея представления о том, как работает двигатель внутреннего сгорания, быть эрудитом, страдая деменцией и т.п. Но во всех подобных имитациях необходимо вычленять один важный фактор: степень опасности имитирующего тот или иной вид деятельности для окружающих его людей. Взять, например, проблему сектанства. Опасность сект в России во многом раздувается православными иерархами, поскольку сектанты отнимают у них хлеб их насущный. Если речь идёт только о формуле "вас тут не стояло!", то это никого не должно волновать.
Но дело в том, что в борьбе за человеческие души руководители сект проявляют невероятную находчивость и реальные способности влиять на психику своей паствы. Если многие православные духовники долдонят заученные формулы и не особенно волнуются за своё будущее, стоя на конвейере церковной службы, то сектантам наподобии бога Кузи приходится вертеться, и имитационные манёвры им соврешенно не подходят. Они вертятся не только потому, что обладают рядом необычных человеческих качеств - жаждой власти, манией величия и другими формами психопатологий, часто отклонениями от сексуальной нормы. В этом примере с руководителями сект я хочу обратить внимание на то, что они не принимают имитацию как форму жизненной активности, и в этом в огромной степени им способствуют имитанты религиозности.
Вера является иррациональным проявлением психической деятельности, в большой степени основанным на эмоциональности верующего. Рациональность в поведении священнослужителя, как правило, отталкивает верующего. В отличие от верующего научный работник по идее должен оперировать сугубо рациональными логическими категориями и иррациональность должна его отталкивать, но это не так.
(Продолжение следует)
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2013-04-16 09:43 am (UTC)Т.е. общество в целом, увлекшись чем-то, почти не умеет вовремя останавливаться, превращая здравую идею и единичные исключения в массовую профанацию.