Помесь социализма а-ля Че Гевара и Коза Ностры

[systemity]

Исламистское подполье в Кабардино-Балкарии весьма активно, хотя, пока, все еще не так сильно, как в Дагестане или Вайнахских землях. Однако, несмотря на тактические успехи силовиков и гибель многих видных исламистов, джихад в черкесских землях постепенно набирает силу, из КБР он выхлёстывается и в другие черкесские республики. Что из себя представляют “вахи” Кабарды - репортёру Аврааму Шмулевичу рассказал один его знакомый. Молодой черкес из Кабардино-Балкарии, по взглядам - убежденный светский националист, сторонник Хабзе и Адыгства. Авраам Шмулевич приводит  запись  беседы  с этим человеком (www.7kanal.com/article.php3): Наш вахабизм - это нечто между Че Геварой и Доном Корлеоне. Это братва, это мафиозная структура, замешанная на исламском социализме. В Кабардино-Балкарии уровень поддержки среди молодежи этих идей очень высок. Одной моей знакомой, школьной учительнице, ее ученик, молодой человек, как-то сказал: - если я не найду работу после школы, я пойду к вахабам. И вот такой мотив - он у многих. “Вахи” держаться открыто, открыто говорят о своих взглядах - и все их боятся. Они могут с машины выкинуть, забрать имущество - никто ничего не оспаривает. Их боятся все, в том числе и органы. В одиночку с ними нельзя конфликтовать, они обломали многих “крутых”, которые надеялись на свою силу, и бросили им вызов, обломали жестко. Сейчас боятся не разборок с урками, а разборок с вахами. С урками можно договориться, урки могут простить и забыть, с этим - нет. Много спортсменов среди них, особенно сельских, но и городских тоже хватает. При этом, глубоко религиозных и разбирающихся в тонкостях среди них мало. Работают две-три идеи, максимум, идей пять, якорных, вот на них и цепляют: справедливость, равенство, братство в исламе, равные стартовые возможности. Также важно - чувство принадлежности к сильному сообществу: джамаат всегда поддержит. Еще деньги. Почти все “ваххабы” - на машинах, никто не бедствует, т.е. они помогают своим деньгами, распределяют оброк среди своих. Имеется ввиду оброк, которым они обложили всех почти, т.е. это такая система социальной взаимопомощи. При этом, они ведут активную агитацию, очень активную и навязчивую. Но насилие применяют к двум категориям: сотрудникам силовых органов и упирающимся бизнесменам, гражданских не трогают. Т.е. среди гражданских пока что идет мирный даават (проповедь, призыв к исламу). Ваххабисты очень убежденные, буквально бредят своим имаратом и халифатом. Убедить их в чем-то невозможно, как непрошибаемая стена, гнут свою линию, и все, хоть тресни. На почве ваххабизма братаются с иноземцами и кем угодно, отрицают адыгство. В Кабарде старшее поколение безмолвно, поскольку никакой альтернативы предложить молодежи не в силах. Ваххабизм, как вода, проникает во все щели, заполняет идеологический вакуум. И еще - участие в джамаате - это сила, деньги, статус члена группировки. А участие в адыгстве - одни расходы и головные боли. В КБР прессуют националистов наравне с вахами, приравнивают их к ним. Важно то, что процент знающих, тех, которые разбираются во всех тонкостях, среди ваххабитов ничтожен. Почему столько стенаний у них по поводу гибели Саида Бурятского и Анзора Астемирова, почему на каждую статью доморощенного умника рангом ниже столько восторженных комментов: - “брат, спасибо, просветил, такая нужная статья”? А потому, что страшный дефицит кадров знающих. Но при этом такая толпа к ним идет. Почему это происходит? Первая причина - социальный протест. Были бы у всех возможность тепло устроиться в этой жизни - мало там было бы людей. Причина вторая - потребность в идее. Человек все-таки хочет идею, активная молодежь - особенно. Причина третья - принадлежность к сильной группе: никто не хочет быть на стороне проигравших. Молодежь верит, что за вахабами будущее. Причина четвертая - стадный инстинкт - когда вахабов становится больше и больше, то хочется примкнуть к большинству, так спокойнее. Примкнуть если уж не активно, то хотя бы внешним образом жизни, словами, и происходит переоценка системы ценностей. Еще момент: на Северном. Кавказе молодежь не такая пассивно-послушная, как в Центре России, она хочет сама делать свой выбор, не хочет попадать на обочину жизни, она более амбициозна и ищет приложение своих сил, а государство ничего не предлагает, кроме коррупции. Вот тут-то и подоспели вахи со своим проектом. Молодому человеку, который не согласен с системой и который не вписался в систему - куда ему идти? К тем, кто предлагает готовое решение, к тем, у которых: во-первых - есть проект будущего; во-вторых - они помогут уже сегодня. Т.е. вахи дают и НАСТОЯЩЕЕ и БУДУЩЕЕ. Вот они - два якоря, два основных якоря, на который цепляют молодежь. А на что цепляет государство? Ни на что. Вот и получается, что кавказский ваххабизм - это помесь революционного социализма а-ля Че Гевара и Коза Ностры, плюс еще собес, соцобеспечение. Боевик знает, что если погибнет, его семью не бросят. И что еще важно: в недавней статье в “Комсомолке” про русских нацистов-скинхедов была очень интересная мысль, что скины - это не идеология, а субкультура. Так вот, кавказский ваххабизм - это тоже субкультура молодежи, новая субкультура, альтернативная року, пепси, коммунизму, капитализму, дому-2, реалити-шоу, порно, наркотикам и т.п. Раньше ваххабитов даже в молодежной среде называли “хиппующими”. Почему “хиппующими”? Потому что мотив многих был - отличаться от большинства и заявить свой протест против несправедливого устройства жизни. Если дать название этому явлению или субкультуре, то самое удачное будет: “шариатские герильерос”, шариатский социализм. Ведь революционеры тоже экспроприируют собственность всегда и везде. В нашем случае - здесь больше все-таки от Че Гевары, чем от Дона Корлеоне, от Корлеоне много больше, чем от Маркса. В другом, может, звучании, но лозунги джихадистов такие же, как у французских революционеров - свобода (от РФ), равенство, братство (в исламе). Что противопоставить этому? Государство обязано дать хотя бы свободу (от беззакония) и равенство (перед законом), чтобы молодежь не уходила к вахам. А также братство. Братство от государства - это эффективная национальная и религиозная политика, жесточайшая борьба с ксенофобией, братство от государства, еще - чувство принадлежности к сильному и справедливому государству, для которого равны и белокурые бестии из числа старшего брата, и чурки немытые с Кавказа. Вот тогда в лес уйдут только те, кто очень любит природу в любое время года… остальные будут воевать в контрстрайк.

Comments

[systemity.livejournal.com]

На Кавказе сейчас культивируется винегрет, в котором есть всё кроме ума. На словах - одно, а в реальности мусульмане - это чужие.

[silentpom.livejournal.com]

Винегрет то оно понятно, но вот православие там где? Одни мусульмане там пилят бюджет и используют силовиков (в том числе из федеральных) для борьбы с другими - роль центра во всем этом цирке более чем скромная. Кроме бюджета.

[systemity.livejournal.com]

Роль центра там скромная потому, что они пилят и используют в доле с центром и при покровительстве центра. В последней дагестанской разборке точку поставил не Дагестан, а Москва. Москва у дагестанских начальников - признанный рефери. А православие для местных мусульман нейтрального толка, как елочные игрушки, которые вешают и снимают.

[silentpom.livejournal.com]

Рефери это не очень удачный термин, он вроде как должен судить беспристрастно. Роль центра скромна потому, что на самом деле в Москве просто никто не понимает, что со всем этим делать и как. Если пошли на такое глубочайшее унижение путинской элиты, как назначение Хлопонина