![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
systemityIII-15. Приглашение к танцу
Консерваторами принято считать людей, во всём придерживающихся принципа "от добра добра не ищут". А вот для тех, которые от добра добра ищут, названия, к сожалению, до сих пор не придумали. В социологии и политике "искателей" принято называть либералами, но с точки зрения психологической это наименование очень неточное и противоречивое. В 36-м году в СССР вышел фильм "Искатели счастья" об еврейской семье, которая из заграницы эмигрировала в Советский Союз и поселилась в Биробиджане. Один из персонажей фильма - Пиня - не желал работать, как нормальный советский раб. Он хотел найти золото и сбежать с ним в Китай, чтобы открыть там фабрику и стать "королём подтяжек". Вот я, например, самый что ни на есть типичный консерватор-неискатель, но я полностью одобряю несоветское искательское поведение Пини и сам со всей определённостью стал бы Пиней, окажись я на его месте. Этот пример указывает на то, что антонимом понятию "консерватор" служит не просто "искатель", а "спонтанно и перманентно ищущий искатель, который просто не способен не искать и не всегда себе представляет, что именно он стремится найти", а Пиня искал своё счастливое будущее в очень конкретной форме. Он скорее консерватор, нежели искатель. Для краткости назовём антоним "консерватору" просто "искателем".
Казалось бы, все достижения фундаментальной науки должны быть исключительно уделом "искателей", а не консерваторов, поскольку именно первые постоянно находятся в поиске. Но это совсем не так, и причина заключается в том, что консерваторы и искатели ищут разное и ищут совершенно по-разному. Для того, чтобы дифференцировать эти два подхода, необходимо расшифровать понятие "добро", от которого добра не ищут, с позиций философии научного исследования. Квалифицированный профессионал, досконально изучивший все тонкости определённой области науки, может, конечно же, лучше дилетанта осмыслить глубинные недостатки и противоречия текущего уровня знания, может лучше сформулировать те фундаментальные черты данной конкретной области, которые способны охватить весь спектр известных фактов. Но для профессионала понятие "добро" заключается в проштудированной им совокупности множества экспериментальных и теоретических вкладов, которые существующая наука связывает в единую логическую систему. Именно эта самая система, которая почти всё может объяснить, и является "добром" для профессионала, комфортной средой, из которой удобно делать набеги на непонятное. Если эта система вдруг рассыплется, то профессионал будет не победителем, а жертвой. Среднестатистический профессионал не может делать вылазки в неисследованное, нацело оторвавшись от совокупности существующего понимания структуры вещей и их взаимосвязей. Это напоминает альпиниста, который, готовясь к высокогорному восхождению, кладёт в рюкзак набор любимой кухонной утвари, фамильный сервиз, столовые приборы и заварной чайник.
Другое дело дилетант. Его ничто не сдерживает. Для него "добро" представляет собой упрощённый взгляд на вещи, который позволяет понять смысл и содержание данной области, не прибегая к трудоёмкому и бессмысленному с его точки зрения штудированию всей совокупности пыльцы знаний, которую нанесли в улей науки трудолюбивые учёные, многие из которых завоевали научный авторитет весьма нетрадиционными с точки зрения чистой науки путями. Словом, дилетант в своих мыслях может побывать там, куда профессионал никогда не заглянет, считая глупой выходкой пересматривать то, что хорошо им - профессионалам - известно и однозначно доказано. По этой причине отношения между дилетантами и профессионалами несимметричны. Дилетант всегда относится к профессионалу с ни к чему его не обязывающим уважением, а профессионалы дилетантов очень часто активно ненавидят и презирают. Вольное отношение последних к научным истинам, легко заметное неуважение к признанным авторитетам по понятным причинам весьма раздражает профессионалов.
Завершая кажущееся немного путанным, но важное на мой взгляд вступление к этому разделу, скажу, что вопреки, казалось бы, выраженной самоочевидности подавляющая часть "искателей" оказывается профессионалами, а бОльшая часть дилетантов является консерваторами. Доказать это невозможно, я так, по крайней мере, считаю. Здесь уместно привести параллели с классификацией учёных, которой придерживался знаменитый биолог Ганс Селье. Профессионалы-искатели соответствуют его "решателям", а дилетанты-консерваторы - "открывателям". У консерваторов принципиально иное, чем у искателей, понимание добра, от которого добра не ищут. Суетливое отношение искателей к тому, с чем сталкивает их жизнь, неизбежно побуждает их к методологии редукционизма, которая допускает возможность дробного, ступенчатого подхода к исследованиям, не сильно отрываясь от общепризнанных к данному моменту научных истин, поддерживая неразрывную связь с общепризнанными взглядами на проблему. Консерваторы же по своей природе в бОльшей степени холисты. Существует много публикаций на тему вклада дилетантов в развитие науки. Но, насколько я знаю, никто не обращал внимания на то, что консерваторы по своей природе в основном холисты и этим объясняется специфика их вклада в науку. Для консерваторов "добро" целостно, всеобъемлюще, - добро, от которого добра не ищут, которое больше суммы частей добра искателей.
Роль дилетантов в науке исследовалась многими авторами. Современный английский науковед М. Малкей, изучавший феномен новаторства в науке, показал, что среди новаторов непропорционально большая доля дилетантов - выходцев из других областей науки. Ниже я очень коротко перечислю небольшую часть знаменитостей, сформировавших основы различных областей науки, которые начали свою деятельность в качестве дилетантов в этих областях, а большинство из них вообще не имели образования. Термин "дилетантизм" произошёл от итальянского delecto, что означает услаждение, забаву. Отношение к науке, коррелирующее с этимологией этого термина, проявляли многие знаменитые учёные. Так, лорд Росс (В. Парсон), установивший спиральное строение многих туманностей, был состоятельным дилетантом в астрономии. На свои средства он построил обсерваторию и работал в ней в своё удовольствие. Но вот что удивительно. Многие первооткрыватели проявили такие усилия в освоении научных дисциплин, которые, будучи приложенными к тривиальным областям человеческой активности, доставили бы иному человеку намного большее удовольствие. Знаменитый астроном А.Холл, обнаруживший в 1877 году спутники Марса - Фобос и Деймос, был по профессии плотником. Математику изучил с помощью жены, работавшей учительницей.
Влечение, инстинктивное желание, побуждающее человека предпринимать огромные усилия для удовлетворения этого желания, в психологии обозначается термином "драйв". Драйв - это психическое состояние, выражающее на определённом этапе туманную, недостаточно осознанную, но эмоционально акцентированную потребность в чём-то, ещё не связанную с выдвижением конкретно обозначенных целей. В определенных обстоятельствах это переходное состояние может трансформироваться в мечту. Такое понятие, как драйв, полностью объясняет поведение многих великих учёных-дилетантов. Теперь, я думаю, яснее станет, почему я начал с противопоставления консерваторов искателям, профессионалов - дилетантам. В жизни профессионалы и дилетанты соответствуют двум чётко дифференцируемым психофизиологическим типам. И дело здесь вовсе не в том, что "шестерни воображения вязнут в избытке знания" и не в отрицательном влиянии избытка эрудиции. Ведь многие великие учёные-дилетанты, не имевшие вначале никаких профессиональных знаний, становились ведущими профессионалами в областях своей деятельности и носителями максимально возможного объёма профессиональных знаний. И эта их вновь приобретённая эрудиция никак не мешала им продолжать открывать всё новые закономерности в науке.
Вот несколько примеров великих дилетантов. "Король математики" Л. Гаусс был сыном водопроводчика и не имел возможности учиться в школе. Самостоятельно изучил труды знаменитых математиков своего времени и вскоре обогнал их на многие десятилетия. До 19 лет он ещё колебался, стать ему математиком или филологом. Великий астроном Н. Коперник начал свою деятельность практикующим врачом, имея юридическое и медицинское образование. Основоположник математической логики Д. Буль овладел высшей математикой самостоятельно. Английский химик Д. Дальтон происходил из бедной семьи ткача и обязан своими знаниями самообразованию. Великий М. Фарадей родился в семье кузнеца. Получил только начальное школьное образование. С 13-ти лет работал учеником переплётчика. Вся его карьера великого физика основана на самообразовании и изначальном "драйве" к физике. П.Лебедев, открывший феномен давления света, не имел гимназического диплома и не получил высшего образования. Великий энтомолог Ж.Фабр вырос в нищей семье, самостоятельно овладевал заниями, работая пастухом. Он неплохо знал математику, астрономию, зоологию, археологию. Но его десятитомные "Энтомологические воспоминания" содержат такой объём информации о насекомых, который кажется поразительным и в наши дни. Английский биолог-генетик Р. Фишер, не имея математического образования, создал пособие по математической статистике, которое вошло в золотой фонд науки. Советский академик Я. Зельдович не имел диплома о высшем образовании, один из создателей кибернетики и науки о самоорганизации У. Эшби полжизни проработал профессором психиатрии, не имел изначально ни физического, ни математического образования.
Я привел несколько примеров из нескончаемого списка великих дилетантов, которые внесли огромный вклад в науку, радикально изменив существовавшие до них представления для того, чтобы ещё раз подчеркнуть, что не всегда доскональное знание предмета располагает учёного к открытиям. Но совершенно очевидно, что все категории учёных играют свою незаменимую роль в совершенствовании научного знания. По этой причине обычно снисходительный взгляд профессионалов на активность дилетантов в той или иной области науки не имеет под собой никакой основы. Профессионалы, среди которых повышенный процент "решателей", так же важны, как и дилетанты, среди которых повышенный процент "открывателей". Взаимодействие этих сильно психофизиологически отличающихся друг от друга характеров образует наиболее продуктивный ансамбль в науке. Дилетанты обычно видят дальше и шире, а неизбежные при этом лакуны прекрасно заполняются профессионалами. Эта ясная и понятная модель, если и осознаётся, то только на уровне абстракции. Стоит конкретному человеку примерить себя к этому алгоритму, ясность и понятность тутже исчезают. Мне лично эту ситуацию не раз приходилось примерять к себе.
В гипотезе о происхождении жизни, которую я ниже привожу, я показываю, как законы биологии формировались на основе законов физики, химии и кибернетики. Моя цель состояла не в описании деталей каждого из этапов процесса становления живого, а в создании единой логической схемы, каждый этап которой основан на определённого характера физико-химических и биологических взаимодействий, как правило неизвестных, но принципиальным образом доказуемых. В этой гипотезе нет места участию сверхестественных сил, что отличает её от всех известных на сегодняшний день идей, объясняющих происхождение жизни на Земле. Я не стесняюсь называть себя дилетантом практически во всех фрагментах рассматриваемой мною гипотезы, положительная роль которой на мой взгляд состоит в фальсифицируемости фундаментальных позиций с помощью огромного объёма знаний в области современной биологии.
По указанным причинам я тешу себя мыслью, что фрагменты гипотезы могут быть интересны с точки зрения узких профессионалов в области физики, химии и биологии. Так, например, моя гипотеза объясняет, как формировалась структура и функция самого маленького молекулярного моторчика природы - мембранной АТФ-азы. Описанные мною механизмы указывают на то, что трансмембранный перенос протонов является не причиной, а следствием синтеза АТФ, несмотря на то, что это утверждение отмечено нобелевской премией. Я не могу вдаваться в тонкости, объясняющие почему липиды способны были образовывать комплекс с магнием, а не с кальцием или стронцием. Я не имею возможности доказывать некоторые вопросы, которые принципиально доказуемы.
По указанной выше причине я рассматриваю содержимое этой книги как своеобразное "приглашение к танцу" профессиональных специалистов для совместного решения вопросов, которые я по тем или иным причинам не смог детализовать.
Консерваторами принято считать людей, во всём придерживающихся принципа "от добра добра не ищут". А вот для тех, которые от добра добра ищут, названия, к сожалению, до сих пор не придумали. В социологии и политике "искателей" принято называть либералами, но с точки зрения психологической это наименование очень неточное и противоречивое. В 36-м году в СССР вышел фильм "Искатели счастья" об еврейской семье, которая из заграницы эмигрировала в Советский Союз и поселилась в Биробиджане. Один из персонажей фильма - Пиня - не желал работать, как нормальный советский раб. Он хотел найти золото и сбежать с ним в Китай, чтобы открыть там фабрику и стать "королём подтяжек". Вот я, например, самый что ни на есть типичный консерватор-неискатель, но я полностью одобряю несоветское искательское поведение Пини и сам со всей определённостью стал бы Пиней, окажись я на его месте. Этот пример указывает на то, что антонимом понятию "консерватор" служит не просто "искатель", а "спонтанно и перманентно ищущий искатель, который просто не способен не искать и не всегда себе представляет, что именно он стремится найти", а Пиня искал своё счастливое будущее в очень конкретной форме. Он скорее консерватор, нежели искатель. Для краткости назовём антоним "консерватору" просто "искателем".
Казалось бы, все достижения фундаментальной науки должны быть исключительно уделом "искателей", а не консерваторов, поскольку именно первые постоянно находятся в поиске. Но это совсем не так, и причина заключается в том, что консерваторы и искатели ищут разное и ищут совершенно по-разному. Для того, чтобы дифференцировать эти два подхода, необходимо расшифровать понятие "добро", от которого добра не ищут, с позиций философии научного исследования. Квалифицированный профессионал, досконально изучивший все тонкости определённой области науки, может, конечно же, лучше дилетанта осмыслить глубинные недостатки и противоречия текущего уровня знания, может лучше сформулировать те фундаментальные черты данной конкретной области, которые способны охватить весь спектр известных фактов. Но для профессионала понятие "добро" заключается в проштудированной им совокупности множества экспериментальных и теоретических вкладов, которые существующая наука связывает в единую логическую систему. Именно эта самая система, которая почти всё может объяснить, и является "добром" для профессионала, комфортной средой, из которой удобно делать набеги на непонятное. Если эта система вдруг рассыплется, то профессионал будет не победителем, а жертвой. Среднестатистический профессионал не может делать вылазки в неисследованное, нацело оторвавшись от совокупности существующего понимания структуры вещей и их взаимосвязей. Это напоминает альпиниста, который, готовясь к высокогорному восхождению, кладёт в рюкзак набор любимой кухонной утвари, фамильный сервиз, столовые приборы и заварной чайник.
Другое дело дилетант. Его ничто не сдерживает. Для него "добро" представляет собой упрощённый взгляд на вещи, который позволяет понять смысл и содержание данной области, не прибегая к трудоёмкому и бессмысленному с его точки зрения штудированию всей совокупности пыльцы знаний, которую нанесли в улей науки трудолюбивые учёные, многие из которых завоевали научный авторитет весьма нетрадиционными с точки зрения чистой науки путями. Словом, дилетант в своих мыслях может побывать там, куда профессионал никогда не заглянет, считая глупой выходкой пересматривать то, что хорошо им - профессионалам - известно и однозначно доказано. По этой причине отношения между дилетантами и профессионалами несимметричны. Дилетант всегда относится к профессионалу с ни к чему его не обязывающим уважением, а профессионалы дилетантов очень часто активно ненавидят и презирают. Вольное отношение последних к научным истинам, легко заметное неуважение к признанным авторитетам по понятным причинам весьма раздражает профессионалов.
Завершая кажущееся немного путанным, но важное на мой взгляд вступление к этому разделу, скажу, что вопреки, казалось бы, выраженной самоочевидности подавляющая часть "искателей" оказывается профессионалами, а бОльшая часть дилетантов является консерваторами. Доказать это невозможно, я так, по крайней мере, считаю. Здесь уместно привести параллели с классификацией учёных, которой придерживался знаменитый биолог Ганс Селье. Профессионалы-искатели соответствуют его "решателям", а дилетанты-консерваторы - "открывателям". У консерваторов принципиально иное, чем у искателей, понимание добра, от которого добра не ищут. Суетливое отношение искателей к тому, с чем сталкивает их жизнь, неизбежно побуждает их к методологии редукционизма, которая допускает возможность дробного, ступенчатого подхода к исследованиям, не сильно отрываясь от общепризнанных к данному моменту научных истин, поддерживая неразрывную связь с общепризнанными взглядами на проблему. Консерваторы же по своей природе в бОльшей степени холисты. Существует много публикаций на тему вклада дилетантов в развитие науки. Но, насколько я знаю, никто не обращал внимания на то, что консерваторы по своей природе в основном холисты и этим объясняется специфика их вклада в науку. Для консерваторов "добро" целостно, всеобъемлюще, - добро, от которого добра не ищут, которое больше суммы частей добра искателей.
Роль дилетантов в науке исследовалась многими авторами. Современный английский науковед М. Малкей, изучавший феномен новаторства в науке, показал, что среди новаторов непропорционально большая доля дилетантов - выходцев из других областей науки. Ниже я очень коротко перечислю небольшую часть знаменитостей, сформировавших основы различных областей науки, которые начали свою деятельность в качестве дилетантов в этих областях, а большинство из них вообще не имели образования. Термин "дилетантизм" произошёл от итальянского delecto, что означает услаждение, забаву. Отношение к науке, коррелирующее с этимологией этого термина, проявляли многие знаменитые учёные. Так, лорд Росс (В. Парсон), установивший спиральное строение многих туманностей, был состоятельным дилетантом в астрономии. На свои средства он построил обсерваторию и работал в ней в своё удовольствие. Но вот что удивительно. Многие первооткрыватели проявили такие усилия в освоении научных дисциплин, которые, будучи приложенными к тривиальным областям человеческой активности, доставили бы иному человеку намного большее удовольствие. Знаменитый астроном А.Холл, обнаруживший в 1877 году спутники Марса - Фобос и Деймос, был по профессии плотником. Математику изучил с помощью жены, работавшей учительницей.
Влечение, инстинктивное желание, побуждающее человека предпринимать огромные усилия для удовлетворения этого желания, в психологии обозначается термином "драйв". Драйв - это психическое состояние, выражающее на определённом этапе туманную, недостаточно осознанную, но эмоционально акцентированную потребность в чём-то, ещё не связанную с выдвижением конкретно обозначенных целей. В определенных обстоятельствах это переходное состояние может трансформироваться в мечту. Такое понятие, как драйв, полностью объясняет поведение многих великих учёных-дилетантов. Теперь, я думаю, яснее станет, почему я начал с противопоставления консерваторов искателям, профессионалов - дилетантам. В жизни профессионалы и дилетанты соответствуют двум чётко дифференцируемым психофизиологическим типам. И дело здесь вовсе не в том, что "шестерни воображения вязнут в избытке знания" и не в отрицательном влиянии избытка эрудиции. Ведь многие великие учёные-дилетанты, не имевшие вначале никаких профессиональных знаний, становились ведущими профессионалами в областях своей деятельности и носителями максимально возможного объёма профессиональных знаний. И эта их вновь приобретённая эрудиция никак не мешала им продолжать открывать всё новые закономерности в науке.
Вот несколько примеров великих дилетантов. "Король математики" Л. Гаусс был сыном водопроводчика и не имел возможности учиться в школе. Самостоятельно изучил труды знаменитых математиков своего времени и вскоре обогнал их на многие десятилетия. До 19 лет он ещё колебался, стать ему математиком или филологом. Великий астроном Н. Коперник начал свою деятельность практикующим врачом, имея юридическое и медицинское образование. Основоположник математической логики Д. Буль овладел высшей математикой самостоятельно. Английский химик Д. Дальтон происходил из бедной семьи ткача и обязан своими знаниями самообразованию. Великий М. Фарадей родился в семье кузнеца. Получил только начальное школьное образование. С 13-ти лет работал учеником переплётчика. Вся его карьера великого физика основана на самообразовании и изначальном "драйве" к физике. П.Лебедев, открывший феномен давления света, не имел гимназического диплома и не получил высшего образования. Великий энтомолог Ж.Фабр вырос в нищей семье, самостоятельно овладевал заниями, работая пастухом. Он неплохо знал математику, астрономию, зоологию, археологию. Но его десятитомные "Энтомологические воспоминания" содержат такой объём информации о насекомых, который кажется поразительным и в наши дни. Английский биолог-генетик Р. Фишер, не имея математического образования, создал пособие по математической статистике, которое вошло в золотой фонд науки. Советский академик Я. Зельдович не имел диплома о высшем образовании, один из создателей кибернетики и науки о самоорганизации У. Эшби полжизни проработал профессором психиатрии, не имел изначально ни физического, ни математического образования.
Я привел несколько примеров из нескончаемого списка великих дилетантов, которые внесли огромный вклад в науку, радикально изменив существовавшие до них представления для того, чтобы ещё раз подчеркнуть, что не всегда доскональное знание предмета располагает учёного к открытиям. Но совершенно очевидно, что все категории учёных играют свою незаменимую роль в совершенствовании научного знания. По этой причине обычно снисходительный взгляд профессионалов на активность дилетантов в той или иной области науки не имеет под собой никакой основы. Профессионалы, среди которых повышенный процент "решателей", так же важны, как и дилетанты, среди которых повышенный процент "открывателей". Взаимодействие этих сильно психофизиологически отличающихся друг от друга характеров образует наиболее продуктивный ансамбль в науке. Дилетанты обычно видят дальше и шире, а неизбежные при этом лакуны прекрасно заполняются профессионалами. Эта ясная и понятная модель, если и осознаётся, то только на уровне абстракции. Стоит конкретному человеку примерить себя к этому алгоритму, ясность и понятность тутже исчезают. Мне лично эту ситуацию не раз приходилось примерять к себе.
В гипотезе о происхождении жизни, которую я ниже привожу, я показываю, как законы биологии формировались на основе законов физики, химии и кибернетики. Моя цель состояла не в описании деталей каждого из этапов процесса становления живого, а в создании единой логической схемы, каждый этап которой основан на определённого характера физико-химических и биологических взаимодействий, как правило неизвестных, но принципиальным образом доказуемых. В этой гипотезе нет места участию сверхестественных сил, что отличает её от всех известных на сегодняшний день идей, объясняющих происхождение жизни на Земле. Я не стесняюсь называть себя дилетантом практически во всех фрагментах рассматриваемой мною гипотезы, положительная роль которой на мой взгляд состоит в фальсифицируемости фундаментальных позиций с помощью огромного объёма знаний в области современной биологии.
По указанным причинам я тешу себя мыслью, что фрагменты гипотезы могут быть интересны с точки зрения узких профессионалов в области физики, химии и биологии. Так, например, моя гипотеза объясняет, как формировалась структура и функция самого маленького молекулярного моторчика природы - мембранной АТФ-азы. Описанные мною механизмы указывают на то, что трансмембранный перенос протонов является не причиной, а следствием синтеза АТФ, несмотря на то, что это утверждение отмечено нобелевской премией. Я не могу вдаваться в тонкости, объясняющие почему липиды способны были образовывать комплекс с магнием, а не с кальцием или стронцием. Я не имею возможности доказывать некоторые вопросы, которые принципиально доказуемы.
По указанной выше причине я рассматриваю содержимое этой книги как своеобразное "приглашение к танцу" профессиональных специалистов для совместного решения вопросов, которые я по тем или иным причинам не смог детализовать.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2012-07-30 07:21 pm (UTC)no subject
Date: 2012-07-30 07:40 pm (UTC)no subject
Date: 2012-07-30 08:03 pm (UTC)без всякой попытки тщательно спрятать мистику
Date: 2012-07-30 08:15 pm (UTC)христианин, но в данном случае мне это никак не мешает
Date: 2012-07-30 08:21 pm (UTC)Re: без всякой попытки тщательно спрятать мистику
Date: 2012-07-30 08:23 pm (UTC)Re: без всякой попытки тщательно спрятать мистику
Date: 2012-07-30 08:45 pm (UTC)Re: :)
Date: 2013-12-25 04:22 pm (UTC)О да. Леонид, к вере, а тем более, к религии, не призываю и не призывала, вопреки Вашим безумным предположениям и опасениям )) Что касается попыток подменить знание верой, то для учёного это неприемлемо, да, а вот для обывателя - это норма. Если человеку от природы не дано, то выше головы не прыгнешь. Это физиология, это объем мозга. Презирать таких... ну, можно, вот только не оказаться бы самому при этом верующим в абсурд возможности изменить природу этих людей.
Да, кстати, насчёт так нелюбимого Вами ислама:
Не разрешил в религии Он принужденья,
Разнится ясно истина от заблужденья.
Коран, сура 2, аят 256.
Да, кстати, не все умные люди обязаны быть учеными. Среди них встречаются и богословы.