systemity

Раввин Григорий Котляр

Недавно на встрече с репатриантами в городе Хайфе некий Михаил Финкель, раввин, писатель и бизнесмен, набросился на реформистское течение в иудаизме, обвинив его в том, что оно ведет к ассимиляции, крещению и даже убийству евреев. Я очень надеюсь, что подобные высказывания сделаны г-ном Финкелем не по злобе, а по элементарной безграмотности. К сожалению, многие русскоязычные репатрианты, не будучи лично знакомыми с реформистскими общинами, судят о них на основании непроверенных слухов и пересказов идеологических противников реформизма. Поэтому, пользуясь любезным согласием редактора "Полосы" Сергея Хиршфельда, я хотел бы разъяснить позиции реформизма из первых рук.

Реформистский иудаизм возник двести лет назад в Германии. Первые идеологи реформизма были обычными ортодоксальными раввинами, окончившими те же традиционные иешивы, что и их противники. И движущими мотивами реформ было вовсе не абстрактное стремление обновить иудаизм. Наоборот, их мотивом стало стремление сохранить уже ушедших, отпавших от традиционных общин евреев в рамках иудаизма, пусть и обновленного. В конце XVIII века, с началом эпохи эмансипации, без каких-либо идеологических обоснований, просто под влиянием самой жизни, массы европейских евреев стали уходить из гетто и местечка в большой мир. И традиционный иудаизм, преуспевший в сохранении еврейского народа в средние века, оказался творчески не способен ни задержать размывание общин в новое время, ни удержать постоянно уходивших молодых евреев в рамках традиционной веры. Именно бессилие раввинов в стремлении спасти веру отцов в новых условиях обусловили естественное возникновение реформы.

Реформисты вовсе не желали и не желают раскалывать единый народ. Наоборот, в историческом контексте они, скорее консерваторы, пытающиеся вернуть обратно в круг еврейских проблем и ритуалов многочисленную паству, которая сама, без всякого их участия, уходила и уходит от влияния ортодоксов ради жизни в открытом современном обществе. Часто приходится слышать утверждение, будто реформистский иудаизм – явление новое, а ортодоксальный иудаизм существовал всегда. Ничего подобного!

Реформистский и ортодоксальный иудаизм возникли одновременно в начале XIX века. До того был просто иудаизм. Оба эти течения представляют собой реакцию на новые реалии, возникшие в Европе после обретения евреями гражданских прав. Реформизм представляет собой попытку совместить еврейские традиции с универсальными ценностями. Ортодоксальный иудаизм, в своих крайних проявлениях, пытается отгородиться от современного мира, заново отстроив рухнувшие стены гетто.

Иудаизм всегда отличался гибкостью и плюрализмом мнений. Дом Шамая уживался с домом Гилеля, мистики – с рационалистами, хасиды – с литваками. Формы еврейского богослужения в библейский период далеко не идентичны более позднему талмудическому иудаизму. Иудаизм периода компактного проживания евреев в Земле Израиля отличен от иудаизма эпохи рассеяния. Таким образом, современность всегда диктовала дальнейшую эволюцию еврейской религии. И особая роль устной традиции позволяла иудаизму выжить, постоянно приспосабливаясь к меняющимся историческим условиям. Естественно, все изменения должны носить органичный, эволюционный характер, вырастать из прошлого, не порывая с ним.

Отцы-основатели реформизма видели себя продолжателями мудрецов Талмуда в том, что касалось творческого толкования традиционных текстов и приведения их в соответствие с духом времени и места, дабы светские евреи не отвергали заповеди, а могли их исполнять, совмещая с привычным образом жизни. Именно поэтому деятельность реформистов не только не ведет к ассимиляции, наоборот, лишь благодаря им сотни тысяч западных евреев на протяжении последних двухсот лет оставались и остаются приверженцами иудаизма.