systemity

Сообщается, что премьер-министр Австралии Джулиа Гиллард призвала Египет создать простой и ясный график подготовки и проведения свободных и честных выборов. Главы США и европейских государств также активно выступают за немедленное демократическое преобразование Египта. За демократические преобразования Египта выступают и иранские муллы, которые считают, что народ таким путём сможет избавиться от сатанинского влияния Запада.

Даже не акцентируя внимания на том, что обычно желание мулл не совпадает с желанием руководителей США и Европы, можно с уверенностью утверждать, что в современном мире понятие "демократия" давно потеряло придаваемый ему смысл, и каждый вкладывает в это понятие тот смысл, который ему выгодно вкладывать, одновременно ясно осознавая, что используемая им интерпретация, во-первых, далеко не единственная, а во-вторых, как правило на практике не работающая.

Одной из распространённых целей демократии является ограничение произвола и злоупотреблений властью. А как быть с теми сообществами, которые вовсе не против произвола и злоупотребления властью? Как быть с теми сообществами, где у населения очень слабо обстоят дела по линии понимания того, что нужно сделать для того, чтобы оно - это население - стало бы жить лучше, богаче и проще? Как быть с сообществами, в которых прочно укоренились идеи, никак не коррелирующие с демократией. В понимании обладающих демократическим большинством суннитов Ирака демократия - это когда окончательно взорвут всех шиитов (www.voanews.com/russian/news/Iraq-instability-02-12-2011-116084339.html). В целом насилие в Ираке идет на убыль по сравнению с религиозными конфликтами, бушевавшими несколько лет назад. Однако боевики по-прежнему взрывают и расстреливают людей почти ежедневно. При этом, чаще всего их жертвами становятся шиитские паломники.

В 1977 году под давлением администрации президента США Джимми Картера шах ослабил репрессии против критиков режима и освободил несколько сотен политических заключённых. В Иране появились группы политической оппозиции -конституционалисты, марксисты и исламисты, что позволило легилизовать протестные настроения в иранском обществе, связанные с притеснением религии, с проамериканской внешней политикой, политикой «государственного капитализма» на фоне массовой бедности. В те времена основную массу активных оппозиционеров в Иране составляло духовенство, пользовавшиеся доверием широких слоев населения, особенно в регионах, населённых национальными меньшинствами. В целом оппозиция группировалась вокруг идей наднационального «исламского социализма».

Иран, февраль 1979 года

Оказавшись беспомощным перед оппозицией, шах обратился за помощью к США. Однако, Картер не захотел оказать ему военную поддержку, поскольку даже в западной прессе шах подвергался жёсткой критике за репрессии против оппозиции и нарушения прав человека. В администрации Картера произошёл раскол относительно того, стоит ли вводить в Иран войска. Советник по национальной безопасности Збигнев Бжезинский выступал за интервенцию, тогда как многие сотрудники Государственного департамента считали, что революцию уже невозможно предотвратить никакими средствами. Делегации американских государственных деятелей несколько раз в течение 1977-78 годов встречались с шахом, однако никакой единой позиции за это время не было выработано.

1 февраля 1979 года аятолла Хомейни вернулся в Иран после 15-летней ссылки. Его встречали восторженные тегеранцы, на улицы города вышли миллионы уставших от правления шаха и произвола секретной полиции людей с портретами аятоллы, кричащие «Шах ушёл, Имам пришёл!». В тот же день Хомейни по-демократически наплевал на предложение действующего премьер-министра Бахтияра демократическим путём создать правительство "национального единства". Сразу после приземления Хомейни произнёс на кладбище свою знаменитую 20-минутную речь, в которой он пообещал "выбить зубы этому режиму".

В Иране вполне демократическим путём был проведен референдум, следствием которого было провозглашение с 1 апреля 1979 года Исламской Республики Иран. В декабре того же года тоже весьма демократически была принята новая конституция страны, в которой было специально оговорено, что высшая власть в стране принадлежит духовенству в лице имама Хомейни, а после его смерти — его преемнику. Вот на этом вся иранская демократия и окончилась.

То, что Картер был редким идиотом, доказать не так уж и трудно. Но то, что об идиотских последствиях политики идиота все сегодня наглухо забыли, совершенно очевидно. Через пол года после установления "исламской демократии" в Иране (не без помощи бездействовавшего Картера) на территории посольства США были захвачены 63 дипломата и три рядовых гражданина США, которые удерживались в заточении 444 дня. В результате бездарно организованной и провалившейся операции спасения "Орлиный коготь" погибли 8 военослужащих США и иранец-водитель бензовоза. Заложники были освобождены через несколько минут после инаугурации Роналда Рейгана. Если учесть все потери, которые с 79 года понесли и США, и все цивилизованные страны в результате демократического волеизъявления иранского народа, то становится совершенно очевидным тот факт, что США могли бы в принципе изменить ход истории своим участием в этой истории вместо того, чтобы изображать из себя праведников с точки зрения гражданских прав.

Как работает исламская демократия в Иране, особенно хорошо стало ясно в последние годы. Иран превратился в спонсора международного терроризма и горит желанием насильственно всучить свой вариант "демократии" на всём Ближнем Востоке. Кое-где, например, в Ливане, это ему удаётся при соблюдении вполне демократических процедур. В Газе неплохо себя чувствуют террористы, избранные демократическим путём. Религиозные фанатики всех мастей, диктаторы и автократы в наше время научно-технического прогресса прекрасно научились функционировать в псевдодемократической оболочке. При том, что эти деятели плевать хотели на демократию, руководители цивилизованных демократических государств спокойно наблюдают в течение десятилетий, как деспотические режимы издеваются над своим народом.

И только после того, как у людей лопается терпение, как это было в Иране, как это было в Тунисе и Египте, как это по-видимому будет в Йемене, Алжире и т.д., эти самые руководители, палец о палец не ударявшие для того, чтобы создать непреодолимые трудности на пути диктаторов, начинают подпрыгивать от нетерпения срочно предоставить толпе право решать судьбы государств. Но ведь совершенно ясно, что у людей, которые выходят с протестами на площади, накипело на сердце в течение десятилетий, что подъём народного самосознания в подавляющем числе случаев сопряжён с временной потерей здравого смысла на почве ненависти к диктаторам. Совершенно ясно, что народ в подавляющем числе случаев будет голосовать за проходимцев и фанатиков, которые знают, что нужно сказать в этой критической обстановке, чтобы за них проголосовали. Здравомыслящие и толковые люди, которые могли бы принести большую пользу своей стране в плане избавления от последствий диктаторских режимов, в этих условиях неспособны увлечь толпу. Здесь появляется особенно большое поле деятельности именно для демагогов.

Вместо того, чтобы произносить правильные политкорректные фразы, руководители государств, которые спокойно переносили Каддафи, чьи представители заседали в ООН в комитетах, названия которых в связке с именем этого придурка, звучат очень смешно, должны были бы способствовать медленному отползанию от диктаторских режимов, для чего необходимо было бы дать возможность передать власть некому переходному режиму здравомыслия. Такому режиму, который способен консолидировать ответственные силы страны, привлечь честных и грамотных людей к демократическим преобразованиям. Так нет же! Они очень хотят прямо сейчас, не отходя от телефона (компьютера), создать "простой и ясный график подготовки и проведения свободных и честных выборов". Какие свободные и честные выборы может обеспечить разъярённая толпа, подначиваемая теми, кто готов голову сложить за возможность хотя бы немного порулить государством?!

Если не найдётся новый Рейган и новая Тэтчер, этот мир очень плохо кончит!