![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Entry tags:
На Востоке живёшь - весь базар позовёшь! Наш обычай хорош!
Вскоре после того, как мы переехали в Америку, я разбогател. В стране, где человек человеку - друг, товарищ и брат, я был не просто научным работником. Я был невероятно нахальным научным работником, который всю жизнь плевал на начальников и занимался тем, чем хотел в данный момент времени заниматься. Не знаю, как у меня это получалось, но я быстро находил решение вопросов, которые ставило начальство моего начальства перед моим начальством, поэтому меня терпели. Терпели то, что 90% времени я занимался исключительно теми проблемами, которые были интересны мне-любимому, и даже то терпели, что ходил я на работу тогда, когда хотел, несмотря на то, что моим коллегам за пятиминутные опоздания ставили на вид и даже выносили выговоры.
Понимая, что, приехав в Америку в 93 году в возрасте 56 лет, я нигде не устроюсь по своим научным специальностям, понимая, что при всём большом желании и неплохом владении актёрским искусством я не смогу полностью стереть с лица неискоренимое выражение бунтарского нахальства и независимости, я стал думать о том, как заработать деньги на пространствах ненаучного приложения моей жизненной активности. Если в АН СССР я регулярно получал централизованные премии размером в несколько окладов, то здесь на это рассчитывать не приходилось, а содержать двоих сыновей и персидского кота Беню на государственные дотации нам с женой не позволяла голубая кровь.
В итоге мы организовали торговую фирму, годовой оборот которой доходил до 20 миллионов долларов, в которой было всего два работника: я и моя жена. Правда работали мы все 24 часа в сутки, кратковременно отходя ко сну по очереди. До этого я лишь однажды имел отношение к торговле. Будучи студентом, я со своим бакинским товарищем перестрелял все деньги в тире Бакуриани и, чтобы добраться до Баку из грузинской деревни, пытался безуспешно продать свои шикарные неношенные американские туфли. А здесь наша фирма сразу же стала приносить прибыль. Сказалась принятая нами идеологии продавать товары в огромном объёме по демпинговым ценам.
Не могу сказать, что я достаточно знаком с плохой стороной жизни. Даже во время войны, благодаря невероятным способностям моей мамы и офицерскому пайку, который папа перевёл с фронта и который мы получали в Баку, наша семья имела всё, что можно было иметь во время войны. Мама ездила в Хачмас за яблоками, фундуком и грецкими орехами, "доставала" все, что физически можно было "достать" (Гой вар олсун Азербайджан!). Помню, как после получения пайка меня отправляли к соседям с тарелками чечевичной крупы в подарок, т.е. мы не только неплохо жили, но даже умудрялись помогать другим.
Таким образом, ни в детстве, ни в оторочестве, ни в юности, ни тем более в зрелых годах у меня не было ни малейших оснований считать себя обделённым жизнью. И тем не менее, я, как и все советские люди поголовно, страдал комплексом недодатости, комплексом дефицитности и отсюда неодолимым желанием повыёбываться везде, где это возможно. Этот вирус выпендривания в той или иной степени индуцируется практически у всех бывших советских, которые оказываются в капстранах, в которые их многими десятилетиями не выпускали.
Жена моя в этом смысле умнее и рассудительнее, но я это, к сожалению, по-настоящему оценил лишь после того, как банда кагэбэшников из Москвы и Калининграда похитила у меня товаров примерно на 2 миллиона долларов. А до этого я жил на широкую ногу и мне и в голову не приходила мысль откладывать немного денег на чёрный день.
Когда я был совсем маленьким, мой дядя из Тбилиси - Леван Гачава - привёз нашей семье в подарок несколько красивых вещей из Ирана. Потом в Иране до войны побывал мой отец. Меня поразило то, что все вещи сделанные в Иране, светились необыкновенной красотой. Я с детства влюбился в умение иранцев придавать обыкновенным вещам ослепительный блеск. Недаром даже полуграмотные иранские крестьяне часто в разговорах на бытовые темы цитируют строчки из изумительно красивых стихов Кермани, Саади, Руми, Хафиза. Тяга к любому проявлению шарма мне кажется заложена в дезоксирибонуклеиновой кислоте иранцев. В детстве у меня было несколько изумительно изданных книг азербайджанских (иранских) поэтов, иллюстрированных иранскими миниатюрами. С тех пор я обожаю персидскую миниатюру. Я очень люблю иранцев и ненавижу небритых подонков, которые как клещи вцепились в плоть этих красивых людей и пьют их соки.
Словом, я навечно стал иранофилом и, совершенно естественно, что первое, куда я стал тратить появившиеся большие деньги, было коллекционирование персидских ковров. Я купил дом в Хиллсборо (Калифорния) недалеко от Сан Матео, и все иранцы знали, что я скупаю понравившиеся мне ковры, особо не торгуясь. У нас появилось множество близких друзей из иранцев, которые сбежали от придурочного режима аятолл и с которыми у нас были сердечные отношения, не связанные с тем, что мы были богатыми, но то, что я был богат, знали многие иранцы.
В подавляющем большинстве американских городков, не говоря уже о больших городах, есть т.н. русские, персидские, арабские, польские, венгерские и т.д. магазины. Большая часть продуктов, продающихся в этих магазинах, производится в Нью Йорке и рассылается по всей Америке. Многие товары покупаются в "странах исхода". Эти магазинчики национальных продуктов всегда пользуются спросом в семьях иммигрантов потому, что люди десятилетиями привыкали к национальной специфике изготовления продуктов питания. Например, при том. что в СССР было всего несколько сортов колбасы, но многие "русские" в Америке предпочитают эти сорта произведённым в США, Италии, Финляндии, Венгрии.
Иранцы, естественно, предпочитают закупать продукты питания в персидских магазинах. В Америке большинство сортов хлеба с точки зрения людей с Ближнего Востока, Ирана, Кавказа совершенно несъедобны, не пахнут хлебом и похожи на вату. Когда вы в Баку покупаете свежий дахлинский чурек или в Тбилиси - шотис-пури, то вы погружаетесь в тот незабываемый аромат свежеиспечённого хлеба, без которого любая изысканная еда - не еда. До сих пор помню, с какой жадностью в детстве я уплетал в Грузии горячий хлеб со спелыми грушами (гулаби).
В персидских магазинах в Америке можно купить широкий ассортемент Хлебов, конечно не такого качества, как на родине, но это всё же Хлеба, а не вата. Здесь можно купить матнахкаш, выпекаемый армянами в Лос Анжелесе, тэндир-лаваш десятка сортов, индийские питы и т.д. В персидских магазинах, как правило, можно обнаружить множестов сортов мёда со всего мира, различные соусы, которые у нас в семье называют "мазилками", множество различных сортов брынзы, фиников, красной икры, сюзьмы, йогурта и т.д. В этих магазинах продают настоящие гранаты, настоящий виноград и хурму, всегда есть "нана" (мята), без которой восточные люди не могут обойтись, восточные специи, сладости, всегда имеется большой набор качественных чаёв со всего света. Подавляющее большиство этих продуктов даже в магазинах, рассчитанных на очень богатых людей, готовых платить в 2-3 раза дороже, чем за те же продукты в магазинах через дорогу, приобрести нельзя или же можно, но значительно более низкого качества.
Совершенно естественно, что, будучи выходцем с Кавказа и имея возможность покупать продукты в любых дорогих магазинах, я в основном кормил семью из иранских магазинов, основательно "скупался" каждые 2-3 дня. Больше всего мне нравился персидский магазин в Сан Матео на улице Эл Камино Реал, расположенный в небольшой комнатке. Но в этом магазине можно было купить всё от свежепорубленной баранины до чайных и кофейных сервизов. Хозяин магазина и его подручный прекрасно знали меня, знали обо мне от моих друзей иранцев и, как всегда, пока я отбирал товар, мы живо обсуждали местные и международные новости.
Однажды хозяин магазина уехал по делам на неделю в Дубай и вскоре после этого я обнаружил на магазинной полке чайный сервиз, при виде которого у меня задрожали коленки. Когда я спросил о цене, то хозяин назвал мне сумасшедшую цену. Я мог бы купить это чудо искусства, но цена была просто-напросто идиотской. Я не буду её называть, чтобы не подумали, что я - законченный идиот в то время, как на самом деле я - не совсем законченный идиот.
Этот чайный сервиз, фотографии которого я здесь привожу, был продуктом ручной росписи иранского мастера. Шесть стаканчиков с талией, называемых на востоке "армуди" (грушеподобные), шесть блюдцев, три чайника, молочник, сахарница. Все эти предметы были произведены на основе дешёвого китайского фарфорового ширпотреба белого цвета. Меня поразил тот шарм, с которым была сделана эта роспись, огромное терпение художника, который с любовью тщательно расписывал предметы этого сервиза.
Я понял, что, если сию секунду не куплю этот сервиз, то получу тяжёлое психическое расстройство. Но цена, которую мне назвал хозяин, была совершенно идиотской. Я начал торговаться. По физиономии хозяина я понял, что у него сразу же был соблазн снизить цену вдвое, как я и просил, хотя даже и при такой скидке цена оставалась по-идиотски высокой. Но, будучи не только опытным торговцем, но и иранцем, которые учатся торговаться ещё в утробе матери, он по моей физиономии понял, что моё сердце накрепко приварилось к этому чайному сервизу. Он сказал: "Ты знаешь, дорогой, как мы все тебя уважаем. Я бы просто подарил тебе этот сервиз, но он не мой. Я не распоряжаюсь ценой!" В итоге я уехал ни с чем. Запрашиваемую цену я заплатить просто не то что не мог бы физически, не мог заплатить из-за того, что знал: эта цена была рассчитана специально на меня - дурака, который сорил деньгами направо и налево.
Я заболел. У меня началась двубортная грыжа, опущение желудка, спазмы головного мозга, судороги и боли в суставах. Я уже не мог жить без сервиза и боялся, что его продадут другому, хотя понимал, что на свете вероятно нет такого второго идиота, который готов был бы выкинуть такие сумасшедшие деньги за чайный набор. Через два дня я появился в персидском магазине. У прилавка стоял человек, которого я никогда не видел. Сервиз стоял на месте. К нему был прислонён кусок картона с надписью "Не продаётся". Я спросил у нового мужчины, где прежний продавец, на что он мне ответил, что его нет. Причём я не понял: его нет в городе, на свете, в данный момент... Я переспросил, но получил такой же неопределённый ответ.
Я с большим трудом выдержал паузу и перед самым уходом спросил нового человека самым индифферентным тоном, на какой был способен, о том, сколько стоит чайный сервиз. На что он мне сказал, что этот сервиз уже обещан одному человеку и поэтому не продаётся. Я ответил, что мы два дня назад обсуждали цену с хозяином, и не исключено, что человек, о котором он говорит - это я. На что продавец изобразил на лице восторг и спросил, не меня ли зовут Леонидом. При этом меня не покидало ощущение того, что он знал кто я такой в тот момент, как только я появился в дверях.
Когда я подтвердил, что я - это я, продавец мне сказал, что они решили подарить мне этот сервиз. Когда я от такой наглости вылупил глаза и сказал, что со слов хозяина он - не владелец этого сервиза, новый продавец сказал, что этот сервиз его собственный и он им может распоряжаться по своему желанию. Короче говоря, дальше пошла игра в восточном духе. Продавец знал, что я ни в коем случае не приму сервиз в подарок, поскольку после этого должен буду навеки уехать в другой город, а я знал, что он морочит мне голову. Но продавец категорически отказывался продать мне сервиз. Только передать в подарок в качестве знака уважения ко мне, который...
Короче говоря, сеансы взаимного расшаркивания продолжались три дня. "Хозяин" сервиза ни в какую не соглашался обсуждать со мной вопрос о цене. Он согласен был лишь на одно: подарить мне сервиз в знак глубокого ко мне уважения. На четвёртый день я не выдержал: выложил стодолларовыми купюрами ту стоимость, которую с меня в первый день запросил хозяин. Продавец мгновенно мысленно пересчитал сумму, посмотрел мне в глаза своими чёрными иранскими очами, развел руками, мол: против лома нет приёма, положил деньги в ящик, мгновение подумал, открыл ящик, вытащил оттуда 50 долларов и всучил их мне со словами: "Прошу, брат, не обижай!" Под столом у него уже лежал картонный ящик с упаковочными материалами, рассчитанный на этот сервиз. Мы пожали друг другу руки, и я совершенно счастливым двинулся по направлению к дому, стараясь помедленнее ехать, чтобы исключить любую случайную случайность.
Поскольку в день покупки все мои мысли были заняты одним лишь сервизом и я практически ничего не купил, я появился в магазине на следующий лень. У прилавка стоял прежний хозяин, который, заметив меня, прервал разговор с пожилым мужчиной, подошёл ко мне и с радостной улыбкой поздоровался со мною за руку. Того человека, который продал мне чайный сервиз, я больше никогда не видел, хотя ездил в этот персидский магазин ещё в течение нескольких лет.
Мне кажется, что такой стране, в которой рождаются такие гиганты розничной торговли, никакие экономические санкции не страшны.
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
Приятного чаепития!
no subject
no subject
no subject
Re: и все болезни прошли...)
no subject
no subject
no subject
no subject
А что это у Вас там на стеночках висит? Не богопротивная ли современная живопИсь? :)
no subject
no subject
no subject
no subject
замечательная история!
no subject
no subject
а все же, как сформулировать - почему они были уверены, что все пойдет так, и Вы не возьмете подарок?
no subject
no subject
Я, очевидно, более западный человек в этом аспекте))
Мне было бы интересно сыграть вариант взятия.
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
"коллекционирование персидских ковров".
И что является гордостью коллекции, если это не секрет, конечно ?.
no subject
Когда просто говорят по фарсидски, вытягиваешь уши. Персидская поэзия фантастически красива.
М.Саади:
"Два человека бесплодно трудились и без пользы старались: тот, кто копил богатство и не пользовался им, и тот, кто учился наукам, но не применял их" .
no subject
no subject
А я в маленьком магазинчике около дома обнаружил настоящий азербайджанский чай в сувенирной упаковке. Вот этой фирмы http://www.azercay.az/ Заварил - и вспомнил студенческие годы.
помните, откуда это?
На это следует ответ:
— Я дарю им его.
Переводчик передаёт нам ответ и благодарит торговца от нашего лица. Но тут мы должны ответить на эту любезность, как подобает. Переводчик говорит:
— Эти чужестранцы приехали сюда из далёких стран, но они добрые люди и охотно сделают тебе подарок. Они бедные, у них нет ни драгоценностей, ни коня, но у них есть немного денег, совсем немного денег, на которые они должны были бы ехать дальше. Но они хотят подарить их тебе. Как ты думаешь, сколько они должны подарить тебе?
Почтенному мусульманину смертельно надоели деньги, и он ничего не отвечает.
Переводчик возобновляет почтительно, по вместе с тем настоятельно свой вопрос.
Тогда мусульманину становится неловко быть невежливым по отношению к чужестранцам и не принимать их подарка, и он отвечает, что может принять сто рублей.
Переводчик передаёт ответ.
Re: помните, откуда это?
Re: помните, откуда это?
почему-то именно это вспомнилось, хотя тоже читал очень давно))
Re: помните, откуда это?
Re: помните, откуда это?
no subject
У Вас во френдах нет
no subject
no subject
Когда я зафрендила его, то меня удивило, что он прислал мне в личку сообщение с благодарностью за это и тут же зафрендил сам (и насколько я знаю, это не ко мне одной так), в то же время от американского посла в России (которого тоже зафрендила в тот момент) ни того, ни другого. Это я не в плане того, что вот меня не заметили, я обиделась и т.д., напротив, я никакой ответной реакции ни от кого и не ожидала, зафрендила просто из-за того, что самой интересно читать, но тут просто получилось, что называется, "почувствуйте разницу". :)))
no subject
Моя любовь к Ирану началась с Геродота. Там, где описывается восхождение Дария на царство, даются примеры необыкновенного благородства иранцев. Я органически не переношу, когда религия вмешивается в дела гражданского общества. Поэтому я очень агрессивно отношусь к правителям современного Ирана. Но не к иранцам. Иранцы в своём подавляющем большинстве - необыкновенные тонкие, воспитанные, культурные люди.
no subject
Вот в политике я глубоко не разбираюсь, в внутренней иранской тем более, но тоже считаю, что религия и государство должны быть четко отделены друг от друга.
no subject
Геродот по отношению к греко-персидским войнам занимал персидскую сторону, симпатизировал персам. Когда Вы прочтёте первые же главы, вы познакомитесь с образцами высшего благородства. Например, на примере друга Дария Отана. На самом деле этнический фактор очень консервативен. Насколько я чувствую, персы не изменились принципиальным образом за пару десятков веков.
no subject
В общем, обстоятельства неоднозначны я полагаю, тут есть о чем думать и анализировать. Я теперь пропаду на пару недель из ЖЖ, уезжаю ненадолго в отпуск.
Всего Вам хорошего, Леонид, до встречи в блогах. :)
no subject
Большую часть купил у персов-антикваров, я с ними дружу и пью чай, а иногда и чего покрепче.
А шах на чайнике вполне узнаваем. Не дедушка ли это последнего Резы-шаха?
no subject
no subject
no subject