Стрельба после полуночи.
Это было в Пущино на Оке. В институте, в котором я работал, был какой-то крупный банкет. Пили и танцевали до поздней ночи. Где-то после полнуночи я с двумя подругами под руку шёл, провожая их домой. Было морозно, тротуар был покрыт снегом, и по отсутствию следов было видно, что здесь давно никто не проходил. На автостанции на скамейке сидела старушка-сторожиха, которая вероятно охраняла расположенный напротив магазин "Зайчик". На старушке была толстая телогрейка, подпоясанная широким ремнём с висящей на нём кобурой пистолета.
Одна из моих спутниц сказала: "Смотрите, пистолет. Неужели бабушка станет стрелять!" На что я возразил: " У неё в кобуре не пистолет, а хлеб с маслом. Кобура это просто для устрашения." В морозном воздухе наши слова прозвучали излишне громко, и старушка их услышала. Она поднялась, постояла мгновение боком к нам, не глядя на нас, после чего быстро вытащила пистолет, выстрелила в воздух и села на скамейку, также ни разу не взглянув на нас.. По звуку выстрела пистолет был малокалиберный. Видимо, мой комментарий сильно задел бабушкино достоинство, а может быть ей просто захотелось хоть немножечко развлечься.
Всё это было настолько неожиданно и не вязалось с привычной нам реальностью, что мы непроизвольно прижались друг к другу, втянули головы и преувеличенно уверенными шагами двинулись от бабушки, а проще сказать, соблюдая достоинство, дали дёру. Квартала через два у всех троих прорезался юмор, мы стали весело обсуждать этот экстравагантный случай, но чувствовалось, что старушка внушила нам какую-то истину, которую тогда никто из нас не понимал. Что касается меня, то я навсегда перестал подтрунивать со старушками, в особенности после полуночи.
Одна из моих спутниц сказала: "Смотрите, пистолет. Неужели бабушка станет стрелять!" На что я возразил: " У неё в кобуре не пистолет, а хлеб с маслом. Кобура это просто для устрашения." В морозном воздухе наши слова прозвучали излишне громко, и старушка их услышала. Она поднялась, постояла мгновение боком к нам, не глядя на нас, после чего быстро вытащила пистолет, выстрелила в воздух и села на скамейку, также ни разу не взглянув на нас.. По звуку выстрела пистолет был малокалиберный. Видимо, мой комментарий сильно задел бабушкино достоинство, а может быть ей просто захотелось хоть немножечко развлечься.
Всё это было настолько неожиданно и не вязалось с привычной нам реальностью, что мы непроизвольно прижались друг к другу, втянули головы и преувеличенно уверенными шагами двинулись от бабушки, а проще сказать, соблюдая достоинство, дали дёру. Квартала через два у всех троих прорезался юмор, мы стали весело обсуждать этот экстравагантный случай, но чувствовалось, что старушка внушила нам какую-то истину, которую тогда никто из нас не понимал. Что касается меня, то я навсегда перестал подтрунивать со старушками, в особенности после полуночи.
